На карте мира Израиль славен многими достижениями своих граждан. Поскольку это неоспоримо, то не так уже важно все ли из них попали в книгу рекордов Гиннеса. Но в жизни полно явлений-достижений не имевших публичной огласки, а по сему они либо мало известны, либо неизвестны никому. Вот по таким-то достижениям Гинес и плакал. Речь пойдет о детях, которые, получая неформальное образование, посещали Учебный центр Института прогрессивных исследований в Араде (ИПИ)
Вовсе не Мальвина
Начало века (нынешнего, конечно) город Арад. Летняя школа «Прикосновение к науке», при Учебном центре ИПИ. Перерыв между уроками. Как обычно, все дети, после изучения внутренностей компьютера, высыпали на улицу «проветриться». В этот раз один ребенок с печальными глазами почему-то остался в помещении.
– ???
– Поговорить можно?
– Присаживайся. Что случилось?
– Я очень несчастная…И не знаю, как жить дальше.
О чем подумается, услышав такое от девочки лет одиннадцати, примерившей на себя печальный образ Мальвины. Ну да, обидел ее какой-нибудь Буратино невниманием или того хуже. С подружками рассорилась, наконец.
– С подружками все в порядке.
– Так что же?
Услышанное дальше было далеко от реальности олимовского быта. Оказывается, она несчастна, потому что в Араде ей нечего читать. Вот так. Ни больше ни меньше. Аня перечитала не только все книжки у себя дома, все, что было у ее подружек и у друзей ее родителей, но даже и то, что было в (!) городской библиотеке.На фоне стенаний большинства родителей по поводу того, что современные дети не читают книжек, теряя при этом не только возможность приобщиться к культуре своих родителей, но и правильный русский, эта девочка настолько меня поразила, что я ощутил нечто словно меня окатили родниковой водой. На следующий день я принес ей в подарок компакт-диск, на котором были записаны несколько тысяч книг разного жанра.
При этом договорились, что она передаст его роди-телям, так как там есть недетские книжки. На что ребенок спокойно отреагировал: – Ну и что? Я и взрослые книжки перечитала, что были в Араде. Да-а уж! Эта – не Мальвина. А прямо таки Гиннеса! Конечно, такой ребенок, большая редкость, тем приятней было встретиться с ним в Учебном центре ИПИ .
«Гадкий утенок»
Вот еще один рекордсмен ИПИ. Правда, этот как раз много книжек не читал. Не хва-тало времени. Рекордсменом он был по количеству посещаемых кружков, как в общесум-марном зачете, так и по их количеству в один день, неделю и месяц. В Арад этот мальчик переехал с родителями в 1992 году из Кфар-Сабы в десятилетнем возрасте. Правда, уже «заряженный». За два года до репатриации, с шести лет, систематически занимался в шахматном кружке Дворца пионеров в Ташкенте и по приезде в Кфар-Сабу в первый же год стал чемпионом города и играл за сборную школьников Кфар-Сабы в рейтинговом чемпионате Израиля.
Одновременно увлекся авиамоделизмом. Мечтал сделать моторную модель. В это время в Араде детских шахмат еще не было, равно как и авиамодельного кружка. Как поступает в таком случае юный шахматист? Правильно, идет в бокс. А куда еще, если выложиться негде, а возраст страсти берет свое. Так Ося стал посещать боксерскую секцию ИПИ и даже успел выступить на чемпионате Израиля.
Бокс известное дело не драка, но и не шахматы. И неважно, что он выступил неудачно, главное не побоялся выйти на ринг против опытного бойца, имея за плечами всего лишь несколько месяцев тренировок. Как поступает в таком случае юный шахматист? Правильно, идет в бокс. А куда еще, если выложиться негде, а возраст страсти берет свое. Так Ося стал посещать боксерскую секцию ИПИ и даже успел выступить на чемпионате Израиля. Бокс известное дело не драка, но и не шахматы. Неважно то, что он выступил неудачно, главное не побоялся выйти на ринг против опытного бойца, имея за плечами всего лишь несколько месяцев тренировок.
Поскольку среди арадских детей никто даже близко в то время не играл в его силу (ведь он был первым в городе, где детей в разы больше), то Ося пристроился играть в турнирах в шахматном клубе для пенсионеров при МАТНАСе. Игровые дни часто совпадали с тренировками по боксу, а на турнир он должен был приходить со своими шахматами. Это картина с самого начала была достойна пера. Маленький, худенький, с огромной коробкой (размером в полметра) семейных шахмат под мышкой и рюкзачком с боксерским снаряжением он приходил в МАТНАС. После часа-двух игры шел на бокс. А иногда наоборот.
Вот это «наоборот» вовсе не способствовало стабильности его показателей в шахматном турнире.
Если по дороге на бокс ему попадался даже крепкий в шахматах дедушка из верхней части таблицы,
он его мог и обыграть, а когда он садился за шахматный стол после бокса, то мог проиграть и аутсайдеру. Это очень нервировало некоторых игроков, потому что, оставаясь в середине таблицы, он портил им турнирную судьбу. А когда на бокс этот хороший пацан заявлялся с шахматами, то портил тренировку, так как вместо бокса все, вместе с тренером, пытались за время тренировки обыграть его в шахматы.
Этакий гадкий утенок. Дальше – больше. В ИПИ, да и в городе вообще, год за годом стали появляться все новые секции и кружки. И уже к тринадцати годам Ося забросил чтение книжек окончательно, и «погряз» полностью в кружках. В эти годы, у него на неделе было уже 9-10 внешкольных предметов. Как в кружках ИПИ, так и с частными преподавателями. А поскольку почти все занятия по каждому предмету были по два-три раза в неделю, то ему приходилось в один день посещать не меньше трех, что занимало с переездами часов пять. Дома он фактически только ночевал.
После школы перекусив, вскакивал на велосипед, и приезжал домой не раньше девяти вечера. И так каждый день. О выполнении дома школьных заданий и речи быть не могло. Поэтому он их делал на переменках в школе. Дома – за редким исключением. Какое уж тут художественную литературу читать? Хотя до тринадцати лет читал аж на трех языках, и даже учил стихи и поэмы на русском для развития памяти. Вот что запомнилось из списка кружковых предметов рекордсмена. В Учебном центре ИПИ: информатика, математика, физика, дзюдо, бокс, английский язык, рукопашный бой, авиа-судомодельный, электроника, гитара. Одновременно частные уроки по развитию памяти, разговорному английскому (параллельно с двумя преподавателями, не говорящими по-русски) и по различным языкам программирования – Си, Си++, ассемблер и др.
Но это вовсе не тот случай, известный по Агнии Барто: «Хоркружок, мне петь охота… Драмкружок, кружок по фото – это слишком много что-то». Потому что в старших классах были уже призы и дипломы за учебу, на различных олимпиадах и всеизраильских конкурсах, а после школы и в армии. Да, в Израильской школе, известное дело, с детьми не нянчатся, но для тех, кто стремиться к знаниям, а не только к развлечению есть все условия для плодотворного досуга, особенно когда под боком общественные организации, подобные Институту прогрессивных исследований в Араде, предоставляющие всем детям равные возможности было б желание.
Григорий Нисенбойм
Почитать по теме еще
Искусства
Самые популярные
- Актуальные проблемы долголетия - 38 357 views
- Повышение уровня дохода людей пенсионного возраста начиная с 2017 года - 10 217 views
- Что в имени тебе моем? - 9 963 views
- Израильские «хрущевки»… То ли еще будет! - 6 709 views
- ДЕПОРТАЦИЯ ПОЛЬСКИХ ЕВРЕЕВ - 6 469 views
- АРАД НЕ ПРОДАЕТСЯ - 6 093 views
- Уроки израильских выборов 2019 г. - 6 004 views
- Борьба. Who is Who? - 5 939 views
- Пришел. Увидел. Победил - 5 609 views
- «Модный приговор» Араду - 5 114 views
16 мая, 2011 at 10:22
Здравствуйте)
Прошу прощения, что,возможно, не туда пишу, но вдруг кто то знает Соморых, Аллу и Валерия, они музыканты, раньше жили в Москве – передайте им,пожалуйста, огромный и теплый привет от Солдатовых, мы помним о вас) Всего вам самого светлого и хорошего в жизни, большое спасибо за сочувствие и помощь, которую вы нам оказали)
16 мая, 2011 at 17:53
Я, как и многие другие в Араде, вырос в кружках ИПИ.
В ИПИ же вырос и окреп, прежде чем перейти под крыло “Амутат Спорт” наш цирк КЕШЕТ.
До сих пор я благодарен ИПИ за все это! Низкий поклон и огромное спасибо!